Главная » Статьи » Будо » Айкидо

ИНТЕРВЬЮ С СЕНСЕЕМ БАКАСОМ

ИНТЕРВЬЮ С СЕНСЕЕМ БАКАСОМ

(Лоренс Вари, 3 дан айкидо Айкикай)  

Несмотря на то, что сенсей Бакас является весьма неоднозначной фигурой в нидерландском айкидо, никто не может отрицать его самоотдачу, преданность и любовь, которую он проявляет и при изучении айкидо, и при его преподавании. На татами он неистово демонстрирует самый сокрушительный напор и до сих пор, несмотря на свои 63 года, сияет молодостью. И если сенсей Бакас не находится в отъезде на каком-нибудь семинаре по айкидо, то за пределами татами почти в любое время дня мы можем найти его в его скромном доме в Гааге, занятым текущими организационными вопросами или изучающим материалы по айкидо прошлых лет. И тем не менее, хотя это мало кто представляет, Питер Бакас – семейный человек, который обожает свою жену Марию, своих сыновей и дочь.

В своем эксклюзивном интервью Питер Бакас, 5 дан айкидо, главный организатор С ABN ( Cultural Aikido Bond Nederland ) и Генеральный секретарь IPAF ( International Promoting Aikido Federation ), говорит о своей жизни в айкидо и позволяет нам заглянуть в его личную жизнь.

Л.В. – В октябре этого года мы празднуем важные события в айкидо – 60-летие Хомбу Додзе и 70-летие основания айкидо. Вы будете присутствовать на праздновании – с большими финансовыми затратами для себя. Почему это так важно для вас?

П.Б . – Во-первых, меня пригласил приехать мой учитель. И несмотря на то, что эта поездка очень тяжела для меня с финансовой точки зрения, я пойду навстречу его желаниям – и в этом заключается то, что я называю лояльностью. Мой учитель о чем-то просит меня, и я выполняю эту просьбу. Даже если мне придется занимать деньги и затратить много энергии. Во-вторых – уважение, которое я должен показать Дошу Моритеру Уесиба. Хомбу – это место, откуда айкидо стало распространяться по всему миру. Это Мекка айкидо. И в этот совершенно особый день мы должны собраться вместе и это показать, что мы понимаем слово «кай» - социальную объединенность, единые чувства, совместное изучение айкидо и дружбу. И эти два принципа – лояльность и уважение – являются для меня основными в айкидо.

Л.В. - На протяжении своей карьеры в айкидо вы меняли учителей (сенсей Тамура, сенсей Канетцука), а также отделились от учителей с мировым именем – Катори Синто, Тики Сиван. Какие причины были для этого?

П.Б. – Я начал заниматься айкидо в 1971/72 гг., когда оно впервые появилось в Голландии – вернее, в ее северной и южной части, поскольку на востоке Голландии за два года до этого айкидо продемонстрировали сенсей Асаи и сенсей Beljaars , умерший 15 лет назад.

Первыми учителями, которые приехали от имени сенсея Тамуры, были Деддоббелер и Шелстрает, преданные ученики сенсея Тамуры. Именно они представляли его в Голландии. Сам сенсей Тамура приехал в Голландию в 1973 году и блестяще продемонстрировал айкидо в Гааге. Для многих студентов это оказалось любовью с первого взгляда, особенно для изучающих дзюдо, таких, как сенсей Кано, который видел айкидо сенсея Уесибы и говорил, что это именно то будо, которое он хотел бы создать своим дзюдо. То было время высокой популярности дзюдо в Голландии, поскольку сенсей Антон Гисинк впервые трижды выиграл у японских дзюдоистов на Олимпийских играх. Я одним из первых в Голландии стал поддерживать сенсея Тамуру. А поскольку айкидо только начало развиваться, а дзюдо было широко распространено, айкидо пыталось найти поддержку у дзюдо. Это идею предложил сенсей Тамура. Но из политических соображений эта идея несколько трансформировалась, и планировалось, что айкидо будет развиваться в рамках Организации Дзюдо Нидерландов. Однако это противоречило идеям Хомбу Додзе, требовавшему существования независимого айкидо.

В 1975 году по приглашению сенсея Тамуры и сенсея Чиба в рамках европейского турне в Голландию приехали Дошу Kisshomaru и нынешний Дошу Моритеру. И тогда было обсуждено предложение создать независимую организацию айкидо – не только в Голландии, но и в Европе.

В 1980 году во время Конгресса Европейской Федерации Айкидо в Лондоне (на котором присутствовали нынешний президент Международной Федерации Айкидо Питер Голдбэри и сенсей Чиба) все европейские организации айкидо решили дать разрешение голландским акидокам сформировать под моим руководством организацию айкидо, независимую от организаций других воинских искусств, что означало и независимость от сенсея Тамуры.

Тогда к нам на помощь пришел сенсей Канетсука, технический руководитель по Англии. Он поддержал молодую голландскую группу, начавшую 10-летнюю борьбу за признание Европейской Федерацией Айкидо и Хомбу Додзе. Но поскольку сенсей Канетсука был очень молодым техническим руководителем, он попросил от Хомбу поддержки в лице сенсея Фудзиты.

Впервые я встретил сенсея Федзиту на международном конгрессе в отеле Новитель в Париже во время семинара во Дворце спорта Курбертан ( Courbertan Sport Palace ). В тот момент там было более 1000 студентов, и сенсей Фудзита проводил демонстрацию – неистовый, как носорог, но в то же время мягкий, как ива. Все это произвело на меня настолько сильное впечатление, что я решил следовать за ним. С тех пор прошло более 20 лет, и я все еще его ученик и все еще потрясен его таисабаки и кокью, его одухотворенностью, вдохновением и техникой.

Л.В. – Не противоречит ли это вашему утверждению о лояльности по отношению к вашему первому японскому учителю?

П.Б. – Мой первый учитель был и остается для меня очень хорошим учителем айкидо. Но к огромному сожалению многих учеников, в 1993/94 гг. у него обнаружили тяжелую степень онкологического заболевания. Из-за этого между ним и его учениками создалась определенная атмосфера – его болезнь выразилась в нерациональном поведении, он заблокировал продвижение многих людей в айкидо, и в результате этого многие от него отделились.

Л.В. - Кто для вас является самой влиятельной фигурой кроме сенсея Фудзиты и почему?

П.Б. – В 1975 году я встретил Дошу Киссемару, и он произвел на меня сильное впечатление на демонстрации здесь, в Гааге. Особенно сильно меня поразило то, что он проводил демонстрацию и в то же время говорил без каких-либо признаков того, что потерял контроль над своим дыханием. Это означало, что все его движения находились в гармонии с его дыханием (кокью). Для людей, начинающих изучать айкидо, это было вдохновляющим моментом. Его уке – сенсей Тики Сиван, сенсей Тамура, сенсей Чиба – продемонстрировали при этом такую преданность, что вы ясно ощущали их стремление объединиться и сформировать один неразрывный круг (то же самое демонстрировал и сенсей Йокота при работе с Киссемару Уесиба).

Между мною и Дошу Киссемару возникла молчаливая скрытая связь. В следующий раз я увидел его в Германии – он проходил по татами в сопровождении сенсея Йокоты, и когда он приблизился ко мне, сенсей Йокота шепнул мне : «Бакас…Дошу …». И тогда Дошу обернулся, увидел меня и сказал: « ah … genki desu ka ? (как поживаете?)». Я ответил : « genki desu (спасибо, хорошо) - и это был момент, который я не забуду».

2 января – особый день, потому что это – годовщина его смерти. В этот день мы всегда проводим особую тренировку в моем додзе.

Такую же связь я ощущаю с его сыном – Дошу Моритеру Уесиба.

Л.В. –Чем важна для вас связь с сенсеем Фудзитой?

П.Б. – Сенсей Фудзита учит меня быть достойным человеком и духовно, и физически, и на социальном уровне. Он учит меня быть хорошим айкидокой. Он всегда вдохновляет меня. В тот момент, когда он приезжает в Европу и я вижу его входящим в мой дом, мое сердце волнуется, тело трепещет, и мне радостно его видеть. Во мне начинает двигаться моя внутренняя энергия – как если бы я выполнял упражнение Chi Kung . Присутствие сенсея Фудзиты заставляет двигаться мою внутреннюю энергию, и он мягко, легко, деликатно и дружески учит меня, как ее контролировать.

Л.В. – Вы являетесь очень конфликтной фигурой в голландском айкидо. Вы были центром раскола многих голландских групп айкидо. Вас критикуют за «высокомерный» стиль обучения, за то, как вы обращаетесь со своими учениками. Как вы объясняете критическое отношение к себе?

П.Б . – Конфликтной фигурой? Что такое «конфликтная фигура»? Для меня это обозначает человека, у которого есть своя идея, свое мнение, свой собственный стиль жизни, человека, который может выбирать свой собственный путь. И если он предан этому пути, он так влияет на людей, что они следуют за ним, и если наступает время, когда его идея кому-то перестает подходить, люди уходят, и это нормальный процесс – так ребенок вырастает в семье и начинает свою собственную жизнь. Я был маяком для многих учеников. Многие ученики находили у меня безопасную гавань. Люди, которые не захотели увидеть правильных сигналов для вхождения в эту гавань, потерпели кораблекрушение. Моя это ошибка или их – это они должны проанализировать сами. Они могут учиться на своих ошибках, учиться идти своим путем – так, как я пытаюсь идти своим.

Критическое отношение? Люди плохо видят. Они критикуют не меня, а себя. Они критикуют идею следования за учителем, но сохраняют при этом чувство высокой собственной значимости. Они приходят с чашкой чая, которая уже полна. А они должны приходить с пустой чашкой. У людей, которые критикуют, всегда очень большой багаж, и иногда он мешает им понять обучение правильно. И это понятно - ведь они порой потратили много времени и вдохновения, и пролили много пота, и много узнали от другого учителя – а теперь им нужно много энергии и мужества для того, чтобы забыть то, чему они научились. И все же следовать за учителем означает прийти к нему с чистым сознанием, чтобы чему-то от него научиться.

Я критикую тех людей, приходят ко мне с полной чашкой чая.

За одним учителем я следую более 20 лет. Ежегодно четыре раза я прихожу к моему учителю, чтобы увидеть его настроение, когда он смеется и когда он работает, и пытаюсь понять, почему он это делает так, а не иначе.

Обучение состоит из двух частей – внешней и внутренней форм. Но многие люди, следуя за учителем, обращают внимание только на внешнюю форму. Постичь внутреннее содержание гораздо труднее, поскольку это требует изменения позиции ученика в целом.

Вот почему я так убежден в правильности того, что делает сенсей Фудзита, и также так покорен тому, что он делает.

Плохо отношусь к своим ученикам? Гм-м-м… Приведите пример.

Л.В. - Некоторые говорят, что вы выставляете людей на посмешище и унижаете их достоинство.

П.Б. – Когда я ставлю кого-то перед классом и прошу его показать, что я только что делал, а он показывает неправильно – это не так уж плохо. И это вовсе не для того, чтобы посмеяться над ним. Я хочу показать всем, что каждый их нас начинает как ученик, и что мы всегда будем учениками и никогда не должны думать, что мы уже выросли и знаем все. Основа моего метода обучения заключается не в том, чтобы показать ученикам учителя-супермена, демонстрирующего мощные техники, а в том, чтобы подвести их к пониманию того, что уровень класса всегда определяется самым неопытным его учеником. Обучение айкидо не является чем-то высшим, мистическим или тайным. Оно основано на базовых элементах айкидо.

Расколы в группах? Вот пример. Если вы заглянете в Энциклопедию айкидо Стэнли Пэйна и посмотрите историю жизни О’Сенсея и его учеников, вы увидите, что его первый ученик был его дальним родственником по имени Noriaki Inoue . Он следовал за О’Сенсеем. Когда он достиг высокого уровня, он отделился от О’Сенсея и сформировал собственную группу. Я могу сказать вам, сколько учеников отделились от О’Сенсея: сенсей Коичи Тохей, сенсей Саотомэ, сенсей Тода, сенсей Сиода.

Это так. Это нормальный процесс. Я бы сказал даже, что для организации он является неизбежным. Я думаю, что в разделении нет опасности. Если ученик продолжает работать в духе О’Сенсея, но предпочитает свою собственную реализацию его идей в другой группе – тогда все в порядке. Но он должен быть верным одному – Кай – единству. Это означает дружбу. А именно об этом забываю люди, которые отделяются в Голландии. Это происходит потому, что они желают выстроить свою собственную империю – они сами хотят быть О’Сенсеями. Поэтому они отделяются. И поэтому они снова могут вернуться.

Сформировать свою собственную группу – это нормально. Неприемлемо не сохранить дружбу к своему учителю.

Очень жаль, что в основе разделений лежит ревность, а иногда – некорректное поведение и нарушение этикета. Иногда это непростительно (во всяком случае, на сегодняшний день).

Л.В. Есть ли у вас какой-то план объединения отколовшихся групп в Голландии?

П.Б. Унификация. Идея заключается в следующем. У нас есть семья, создавшая айкидо Айкикай – Уесиба. До сих пор это единственный источник, из которого айкидо распространяется по миру. Hojin (?) Aikikai состоит из 80-100 учителей и персонала, которые посвящают всю свою жизнь распространению айкидо в мире. Это уникально.

С этим не может сравниться ни одна организация айкидо. Если мы все со всеми своими различиями сможем прийти и увидеть этот центр, мы увидим, что в нем есть особый дух. Если мы будем продолжать следовать этому духу, даже если у нас есть своя вариация этого духа – тогда мы будем оставаться в доме со многими комнатами, но все же в одном и том же доме.

Мне вовсе не нужно иметь какой-то план. Обратите взор к Хомбу. У Хомбу есть план!

О’Сенсей создал техническую и духовную систему. Дошу Киссемару из Айкидо Хомбу Додзе создал современную организацию айкидо, которая соответствует требованиям современного общества, и создал некую интернационализацию айкидо. Этот дар был передан внуку О’Сенсея и сыну сенсея Киссемару, и он продолжит развивать оригинальные идеи и планы, чтобы привести айкидо в 21 век. Я глубоко уверен, что он добьется больших результатов, так как имеет в Хомбу хороший штат и поддержку старшего поколения.

Л.В. – Как влияет айкидо на вашу личную жизнь?

П.Б. – Иногда я чувствую, что я есть айкидо. Это хвастовство? Или самонадеянность, о которой вы говорили?

 Л.В. – Ну, люди могут понять это таким образом, что вы пытаетесь сделать из себя божество.

П.Б. – Да, но все свои поступки я посвящаю сенсею Фудзите.

Я чувствую, что я уже не существо «Питер Бакас». 24 часа в день я живу айкидо. Для меня не существует разделения на личную жизнь и жизнь в айкидо. Однако поскольку айкидо настолько полно вошло в мою жизнь, я не считаю это тяжелой ношей. Я организовал все таким образом, что моя социальная и семейная жизнь полностью интегрированы в мою жизнь в айкидо, а жизнь в айкидо полностью интегрирована в мою личную жизнь. Но это очень длинный и медленный процесс, и я этим счастлив и не хочу ничего менять. Я думаю, что в моем сознании это сделает меня очень богатым. Когда я был молод, я был полон жизненных сил. Сейчас мне 63 года, и я чувствую, что во мне больше сил и жизни, чем раньше.

Айкидо драгоценно для меня.

Л.В. – Сейчас, когда вам 63 года, видите ли вы, что в айкидо вы прогрессируете?

П.Б. – Я нахожусь в самом начале понимания того, что такое айкидо. Я стараюсь учить выражать внутреннее и внешнее. Я впервые понимаю какие-то внутренние аспекты. Я благодарен сенсею Фудзите за то, что он учит меня, что означает смотреть внутрь внешней оболочки. Поэтому для себя я сейчас имею план. Я хочу жить еще 30 лет и понять, что такое внутренняя форма – и распространить это понимание. Но, конечно, только в том случае, если небеса позволят мне сделать это. Когда я родился, из-за состояния моих легких и сердца для жизни мне было дано только 30 лет. Я пережил эти 30 лет, сейчас мне 63, а я чувствую себя сильнее. Поэтому я планирую прожить еще 30 лет – если Бог даст мне этот срок.

Л.В. – По собственному опыту я знаю, что быть вашим уке очень непросто, потому что ваше Ки очень велико. В некоторые моменты это непереносимо. Как уке научиться иметь дело с такой сильной Ки?

П.Б . – Это очень сложный вопрос. Я приведу пример. В 1975 году сенсей Тамура впервые приехал в Голландию для большой демонстрации. У него было два уке (один из них – Тики Сиван [ Tiki Shiwan ], известный фехтовальщик; думаю, что вместе с Доном Дреггером, автором многих книг по воинским искусствам, он является живой легендой айкидо).

Сенсей Тамура выполнял кайтен наге – омотэ, сото, учи. В какой-то момент Тики Сиван не смог последовать за ним и неправильно понял кокью и технику сенсея Тамуры. В тот период я был одним из студентов, наиболее близких к сенсею Тамуре. После демонстрации, к своему изумлению, я услышал, что Тики Сиван рассыпается в извинениях перед сенсеем Тамура. И тогда сенсей Тамура сказал: «В какой-то момент вы потеряли связь с моим центром. Вы думали вместо меня – и в этот момент все разрушилось. Правильное положение было потеряно». Иккьо как техника и иккьо как позиция – совершенно разные вещи. Если вы не следуете за партнером, вы разрываете связь с распространением его Ки.

Я думаю, что научиться быть уке – мистическая вещь, потому что всегда вижу перед собой картину, как Дошу Киссемару выполняет технику вместе с сенсеем Йокота. Мне очень нравится, когда сенсей Йокота работает с Дошу. Вы видите, что все свое тело и душу он полностью отдает энергетическому кругу Дошу Киссемару. В этот момент они – единое целое.

Если вы спросите меня, как этому научился сенсей Йокота, я могу только предположить, что такие вещи можно делать только если полностью доверять своему учителю. Если сердце его открыто, то в тот момент, когда он видит лицо своего учителя, его сердце начинает биться в том же ритме. Если у вас нет такой связи со своим учителем, вы никогда не поймете правильно, как быть его уке.

Тики Сиван до сих пор верный последователь за сенсея Тамуры.

Л.В. – Ки – важный элемент вашего преподавания. Какую роль Ки играет в вашем айкидо и как вы объясняете Ки-но-на-гаре ученикам?

П.Б . – Ки-но-на-гаре – это выражение сенсея Дошу Киссемару. Это означает, что ваши расширяющиеся энергии встречаются друг с другом и образуют единый круг. Так вы встречаетесь друг с другом и выполняете технику. Не существует никакого момента промедления. Вы встречаетесь, и вы не колеблетесь в своих движениях. Вот определение Ки по Дошу Киссемару: «Силой неуловимо работающей Ки мы приводим в гармонию разум и тело и связь между личностью и Вселенной. Когда тонкая работа Ки нездорова, мир приходит к конфликту, а Вселенная к хаосу. Приведение в гармонию объединенной Ки ума и тела с работой Вселенной является необходимым для мира и порядка в мире» (Из книги « The Spirit of Aikido »).

Если вы понимаете, как Дошу Киссемару определяет Ки – тогда попытайтесь понять, что техника – это не физическое исполнение, а нечто основанное на внутренних энергетических полях. Люди же всегда выполняют технику на физическом уровне. Тем не менее техника должна накладываться на внутреннюю часть вашей энергии. Тогда вы выполняете Ки-но-на-гаре.

Л.В. Вы впервые приехали в Японию? Если нет, сколько раз вы были в Японии? Поделитесь своими впечатлениями о каждом своем приезде.

П.Б. Я приехал в пятый раз. Впервые это произошло в 1984 году. Затем в 1988 году. Затем в 1992 и 1997/98. Я люблю эту страну. Я восхищаюсь этой страной. Я бы хотел жить в Японии. Однако моя социальная и семейная жизнь всегда была препятствием для этого. Я бы хотел остаться в Японии на некоторое время – на два или три года - изучить японский язык и понять душу японцев, изучать айкидо под руководством своего учителя. Когда я поеду в Японию в следующий раз, я буду вести дневник и опишу каждый момент своего пребывания в этой стране, а потом напишу об этом в информационном письме IPAF .

В Японии все очень сильно изменилось. Когда я впервые приехал туда в 1984 году, иностранцы чувствовали себя настоящими чужаками. Я помню, что когда мы приехали на станцию в Киото, нас посылали из одного места в другое, потому что не понимали наш английский язык. Затем кто-то сказал, что нам нужно идти в офис информации, Наконец мы добрались до билетной кассы с очень маленькой табличкой «Информация – для говорящих по-английски». Когда мы начали говорить по-английски, девушка в окошке начала хихикать - она открывала рот, но не смогла сказать ни слова. Сейчас, когда вы прибываете в Киото, станция является проявлением нового японского менталитета, и многие люди говорят по-английски. Японское общество в целом в большей или меньшей степени ориентировано на образ жизни американцев и иностранцев, приезжающих в Японию.

Л. В. – Когда впервые вы встретили Дошу Киссемару и Дошу Моритеру?

П.Б . – В 1975 году Дошу Киссемару и его сын сенсей Waka (нынешний Дошу Моритеру) приезжали в Голландию, Испанию, Францию и Англию. В Голландию они приезжали по приглашению сенсея Тамуры в сопровождении сенсея Чиба (технического директора Англии), сенсея Тамуры (технического директора Франции), сенсея Суганума и Тики Сиван.

У меня в то время был 3 кю.

Поскольку по крови я был индонезийцем (я родился в Джакарте в Индонезии), я знал, как нужно общаться с людьми Востока, и меня попросили организовать для них обеды. Я привел их в китайский ресторан в Гааге. Я переговорил с его владельцем и заказал длинный стол, полный пищи (в японском духе). Я не знал, что во время длительных турне Дошу Киссимеру и сенсей Waka очень хорошо принимают преимущественно европейскую кухню. Однако сенсей Waka все же заболел и остался в своей комнате. Когда Дошу и другие сенсеи вошли в ресторан и увидели стол, они были изумлены, увидев китайскую еду, и начали есть. Тогда сенсей Тамура и другие представили меня Киссемару и попросили меня ухаживать за ним. Я помню, как на следующий день я приветствовал Киссемару, когда он выходил из машины, направляясь в додзе для проведения тренировки. Я вышел из машины, сказал «добрый день» и был удивлен, услышав его ответ по-английски: «Доброе утро, здравствуйте».

В 1984 году я приехал в Японию и увидел по всему Токио рекламу кока-колы со словами «Доброе утро, здравствуйте». И я рассмеялся, поскольку я понял.

Позже я имел возможность беседовать с ним, и рассказал ему о своих мечтах в айкидо. Он одобрительно кивал. С этого момента я считаю его своим учителем.

Л.В.Когда вы впервые встретили сенсея Фудзиту – и почему вы являетесь его учеником вот уже более 20 лет?

П.Б . Д-р Голдсбэри называл меня своим первым учеником. Сенсея Фудзиту я встретил в 1980 году на конгрессе Международной Федерации Айкидо в Париже. В тот момент, когда я увидел сенсея Фудзиту, он ругался и говорил плохие слова о Франции. Мы спросили его, что это означает. Фудзита ответил по-японски, что его пригласили провести занятия в Palace de Courbertant , но не заказали для него транспорт. Тогда мы организовали для него машину и проводили его в тренировочный зал, где его ожидало уже более 1000 студентов. В то время он был уже достаточно полным мужчиной, поэтому когда он начинал тренировку, я ожидал, что его движения будут спокойными и медленными. Однако он был так разгневан отношением, которое к нему проявила Международная Федерация Айкидо, что действовал на татами как разъяренный носорог. Его движения были настолько опасны, что люди смотрели на него с уважением и ужасом на лицах Когда я увидел его движения, я влюбился в его движения и все еще в них влюблен, потому что убежден, что его таисабаки, метод дыхания и проявления кокью – это основа для изучения реального айкидо. Это не было шоу – просто в тот момент на татами он сам был Айкидо. На протяжении всех этих лет (я провожу с ним 4-6 недели 4 раза в год ) я постоянно обнаруживал у него совершенно мистические вещи – и он открывал их для меня. Он является и моим духовным учителем.

Л.В. Мы много слышим о ваших просветительских поездках в Восточную Европу. По какой причине вы это делаете и какие цели надеетесь достичь?

П.Б . После крушения железного занавеса я, как Генеральный секретарь Европейской Федерации Айкидо в 1989/90 гг., понимал, что развитие айкидо в Восточной Европе нужно организовать так, чтобы там поняли, что такое айкидо Айкикай, и не впали в хаос всестилевого айкидо. Поэтому вместе с другими я потратил много сил, чтобы правильно организовать это развитие. И мы достигли цели, потому что в 1979 году образовали международное отделение в Международной Федерации Айкидо, называемое IPAF . При поддержке Хомбу и особенно сенсея Фудзиты ежегодные поездки IPAF по распространению айкидо имеют большой успех. Мы распространяем айкидо во всех концах бывших советских республик.

Главные цели IPAF :

– распространять технические, организационные и духовные аспекты айкидо

- создать организацию, которая следует духу Ки – дружбе друг с другом и дружбе между нациями.

Л.В. Как вы понимаете слова сенсея Фудзиты: «Ежедневная практика – это ключ к пониманию айкидо»?

П.Б. Ежедневная практика означает, что нужно отшлифовать свое тело, как клинок, то есть наполнить его Ки и энергией, чтобы для достижения цели использовать энергию рациональным образом, использовать ноги, руки, дыхание, интуицию и интеллект как нечто единое.

Ежедневная практика означает дойти до вершины своих интеллектуальных, физических и духовных возможностей, означает пройти круг от начала до конца. Если вы встаете на путь современного воина, вы должны, не дрогнув, и начать его как воин, и закончить его как воин.

Л.В. Питер Бакас, благодарю вас за время, которое вы на меня потратили. Я думаю, что это интервью будет интересно не только для многих учеников, которые уже знают вас, но и для тех, которые, возможно, захотят о вас узнать.

П.Б . Для меня это большое удовольствие. Если студенты захотят услышать от меня какие-либо комментарии к тому, о чем я говорил, я буду рад об этом услышать.

Л.В . Еще раз благодарю вас.

---------------------------------------
НЕСКОЛЬКО ВОПРОСОВ К СЕНСЕЮ БАКАСУ О ЕГО РАБОТЕ В ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЕ.

 1. Почему вы посвятили себя работе в Восточной Европе?

 В 1990 году, когда Горбачев открыл железный занавес, я был Генеральным секретарем Европейской Федерации Айкидо. В руководстве Федерации существовало опасение, что если европейские обладатели высоких данов под руководством шиханов Хомбу организованно не освоят пространство за железным занавесом, это место займут толпы охотников за удачей от айкидо и дадут неправильное представление о том, чем в действительности является айкидо Айкикай. По этой причине Мировая штаб-квартира Айкикай в 1992 году направила в Москву и С.-Петербург Дошу М. Уесиба (тогда сенсея Waka ), чтобы показать бывшим советским республикам, что официальным центром айкидо является Мировая штаб-квартира айкидо, располагающаяся в Токио, в Японии. Мировая штаб-квартира айкидо организовала в МГУ додзе, а Европейская Федерация айкидо завязала отношения с С.-Петербургской федерацией айкидо и Евро-Азиатской федерацией айкидо, охватывающей все советские республики.

Продолжая дружбу с русскими в С.-Петербурге и бывших советских республиках, сенсей Фудзита начал свою миссию в Восточной и Центральной Европе.

Многие другие шиханы Хомбу, такие, как сенсей Тамура и сенсей Канетцука, также начали свою миссию в этих регионах, однако на сегодняшний момент лучшей организацией для развития айкидо в этих странах является IPAF .

2. Не чувствуете ли вы, что существует опасность того, что некоторые люди в Западной Европе, которых вы не знаете, эксплуатируют вас и ваше айкидо?

 Сенсей Фудзита – настолько мудрый и уважаемый шихан Хомбу, что его миссия гарантирована от опасностей такого рода. Хомбу Додзе поддерживает сенсея Фудзиту таким образом, что сертификаты Хомбу выдаются с соблюдением всех формальностей, вовремя, и к ним относятся должным образом, а тренировки проводятся регулярно и в соответствии с методами Хомбу.

3. В чем заключается движущая сила тенденций, уводящих от основной дороги айкидо Айкикай?

 Сенсей Фудзита считает, что эта сила заключается в том, что каждый ученик является учителем для самого себя. Каждый ученик ценен, и если произошло отклонение от основной дороги, то значит, что что-то ценное было потеряно. И я не принимаю вопроса о том, что сенсей Фудзита отклоняется от основного потока.

4. Какую цель вы перед собой ставили, когда начали изучать айкидо?

 В начале 70-х годов айкидо не было известно. Все думали, что в нем оно есть нечто мистическое. Никто не имел правильного представления о том, что такое айкидо. Например, в библиотеке Голландской спортивной федерации было только 5 книг по айкидо - одна книга Тохея, а остальные – французских учителей, а также две книги наполовину по айкидо, наполовину по дзю дзюцу. Бывший председатель Организации Дзюдо спросил меня, когда мы собираемся проводить соревнования по айкидо. Но в айкидо был аспект – о мире и любви, - совершенно непонятный миру воинских искусств, в котором были популярными кик-боксинг, тайский бокс и вольная борьба. И вдруг появляется воинское искусство, которое проповедует неприятие соревнований, борьбы и конфликтов, а пытается использовать энергию нападающих и управлять ею.

Это оказалось близким мне, и я был убежден, что должен это изучить, поэтому я решил следовать за лучшим учителем того времени – сенсеем Тамура.

5. Актуально все это для вас после 30 лет занятий айкидо?

Я проработал эти идеи. И я уверен, что идея о том, что айкидо создает мир и гармонию, соответствует действительности и сейчас еще более актуальна, чем раньше. Мой учитель сенсей Фудзита показывает, что эти ценности применяются на практике.

Я вспоминаю историю, когда он преподавал в Боснии в то время, когда там шла война. Его додзе находилось всего в 30 км от фронта, где царили разрушение и смерть.

Сейчас, спустя 10 лет, многие представители конфликтовавших наций (Сербии, Македонии, Албании, Монтенегро) соберутся вместе в Белграде учиться у сенсея Фудзиты, и я разделяю мечту сенсея Фудзиты о том, что когда-нибудь в большом зале Организации Объединенных Наций пройдет демонстрация айкидо, и тогда все на земле увидят, что айкидо может проповедовать мир.

6. Кто был вашими учителями, когда вы изучали айкидо и другие воинские искусства?

Пенчак Силат – гуру Бой Висчер и гуру Виджнхамер.

Ийай-до Омо-рю – Тики Шиван, шотландец, родители которого жили в Китае. Его уровень так высок, что он разделяет компанию с известным сенсеем Отаке.

Сенсей Тамура – жемчужина айкидо того времени. Он обучал меня не только айкидо, но и работе с джо.

Сенсей Дедоббелер –джо и бокен, а также гуманистические аспекты айкидо.

За-зен – Ошу-сан, японский мастер-монах.

Сенсей Канетцука – айкидо.

Сенсей Фудзита – мой теперешний учитель айкидо.

Но прежде всего – духовным учителем для меня всегда был Дошу Киссемару.

7. Вы – один из пионеров айкидо в Голландии. В чем состоят результаты вашей пионерской работы?

Прежде всего, это Нидерландский клуб Бусидо – такой, какой был в Бельгии. Я начинал заниматься в своем гараже со своими сыновьями. В дальнейшем я переехал в помещение под местным плавательным бассейном. Я начал развивать айкидо оттуда. Затем мы со своими учениками Дж. Ховертсом и П. Лачервадом в Роттердаме и Дордрехте – позднее руководство там взял Эрнесто Лавадас. В Амстердаме я поддерживал Эрика Лоуве. Там мы основали организацию айкидо C . A . S . A . Оттуда вышли такие люди, как Вилко Вриесман, Эрик Лоуве, Ханк Ван Дуин (сенсей Суганума). Позднее я развивал клубы в Утрехте (додзе Антона Гисинка), в Лейдене, в Боленланском университете.

Вместе с Нидерланским клубом Бусидо я помогал представлять айкидо в Нидерландской Организации дзюдо ( Judo Bond Nederland ).

Далее я основал С. A . B . N ., а после этого Nederlands Culturele Fikido Federatie . Представляя C . A . B . N ., следует упомянуть имена – свое собственное, д-ра Лезингера, Martinaz Perrtula , Veneri , Goldsbury . Эти люди собрались вместе, чтобы сформировать Европейскую Федерацию Айкидо ( E . A . F .). Позднее она переросла в International Iikikai Aikido Foundation на всем юге Европы.

8. В честь вашего 65-летия многие студенты приезжают из-за границы. Является ли это показателем того, что вы прокладываете для айкидо путь и за пределами Голландии?

 Да. После крушения железного занавеса в1989 вместе с сенсеем Фудзитой я начал пропагандировать айкидо, и сейчас, в результате пятилетней работы, мы видим процветающие организации айкидо в Прибалтике и бывших советских республиках. Сейчас их представители приехали, чтобы отпраздновать день моего рождения. Это – очень большой рост айкидо.

9. Как вы думаете, как будет развиваться айкидо в Голландии?

Сейчас многие европейцы и японцы с высокими данами часто приезжают в Голландию. Некоторые из них представляют айкидо Айкикай, другие – прочие стили так называемого айкидо. Тем не менее все они пытаются практиковать свое искусство отдельно от влияния других воинских искусств, таких, как основные течения дзюдо, каратэ и дзю дзюцу.

Такая независимость от других воинских искусств является достижением айкидо.

10. Как айкидо будет развиваться в Европе?

Сейчас в Европе два человека имеют седьмой дан. Такой высокий уровень скоро будут иметь больше европейцев. Это означает, что по рангу европейцы стоят плечом к плечу рядом с бывшими японскими учителями. Это большой шаг в развитии айкидо Айкикай.

Но это означает также и появление опасных нюансов. Мы думаем, что сравнялись с японцами и что способны обойтись без Хомбу Додзе. Большая опасность будет угрожать нам, если мы отклонимся от основного пути и будем развивать свои собственные стили айкидо.

11. Как айкидо будет развиваться в мире?

Распад дзюдо в мире уже произошел – все больше и больше фракций образуется из-за того, что дзюдо развивалось как спорт и больше не является воинским искусством.

Европейцы с высокими рангами дзюдо (как, например, Антон Гисинк) пошли еще дальше и создали свое собственное дзюдо.

В прошлом году в Бухаресте мы присутствовали на всемирном турнире по дзюдо. Но там не было японцев – за исключением сенсея Фудзиты, который в это время проводил демонстрацию айкидо. Сенсей Фудзита был очень удивлен, что является единственным присутствующим японцем. Это может случиться и с айкидо. Но, к счастью, для сохранения сильных традиций айкидо, О’Сенсей получил продолжение в Дошу – Киссемару и Моритеру. Во время празднования 60-летия Хомбу Додзе руководство Хомбу представило миру четвертое поколение семьи Уесиба. Поэтому будущее айкидо в безопасности.

В Хомбу Додзе ежедневно работает более сотни человек, решающих организационные и финансовые вопросы, а также вопросы распространения айкидо.

Во время последнего интервью с одним и японских учителей, работающем в Америке, он сказал американцам, что для них существует будущее – поскольку руководство айкидо со стороны Айкикай внутри Америки и в мире обеспечено. (Лично я с этим не согласен).

 

 

Категория: Айкидо | Добавил: Votchel (23.07.2011)
Просмотров: 610 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: